Индустрия моды как самостоятельный сектор экономики: история

©

Искусствовед Юлия Демиденко о национальных мотивах в истории моды и не только.

—Все началось еще в эпоху Возрождения с того, что называлось «костюмные книжки». Их было много в разных странах, а цель была в том, чтобы показать костюмы разных народов,– рассказывает заведующая отделом декоративно-прикладного искусства Государственного Русского музея и член редколлегии журнала «Теория моды» Юлия Демиденко.

Вопрос о национальных мотивах в истории моды Юлии Демиденко задали представители проекта «Дружба народов», который реализует НКО «Ассоциация независимых сайтов» при поддержке правительства Тульской области. Ведь мода – понятие не только интернациональное, но зачастую и рассказывающее о месте своего очередного рождения. 

Например, в 1991 году кутюрье Валентин Юдашкин в Париже на Неделе высокой моды представил совершенно революционную коллекцию «Фаберже». Модельер создал невиданные ранее каркасные наряды, напомнив всему миру, что имя легендарного ювелира неразрывно связано с Россией. Через три года российская история вдохновила Юдашкина на коллекцию pret-a-porter «Екатерина Великая». Дальше - больше, линейка от Юдашкина 2011 года сочетала в себе народные мотивы и традиции живописи, а прототипом одного из головных уборов стал дагестанский национальный костюм. К слову, Дагестанская диаспора не первый год существует и в нашем городе и активно сотрудничает с Объединением центров развития культуры. Так что местные дизайнеры тоже вполне могут вдохновиться их национальными мотивами.

- «Костюмные книжки» издавались во многих странах, и первоначальной их целью было показать костюмы разных народов. В период Ренессанса Европа уже начала интенсивно общаться. В Венеции, например, такую книжку выпустил племянник Тициана. Там показано, какие костюмы носят немцы, венецианки разных сословий – куртизанка, торговка, благородная дама. Благодаря таким изданиям, человек, находясь в пестрой толпе, мог понять, откуда прибыл идущий перед ним господин. Костюм – хороший опознавательный знак. В Северной Европе «костюмные книжки» рисовал Дюрер. Но он их не издавал. Однако его соотечественники этим вполне успешно занимались. А из подписей можно было узнать, как одеваются Германии в разное время года. Это были первые национальные отличительные черты в истории моды.

Французская мода становится эталоном в XVIII – начале XIX века, но даже в это время этнографический интерес остается. Например, когда отстраивается Петербург, он привлекает всеобщее внимание. Если раньше было большое турне «Путешествие в Рим», то к концу XVIII века появляется «Северный тур». Люди хотят видеть, чем живет Стокгольм и новый, невиданный, но про который много пишут, Петербург. Приезжает много иностранцев, которые городскими нарядами, конечно, не удивлены. Но самобытность всегда вызывала любопытство туриста. И здесь на первый план выходили вопросы: как одевается простой народ, как выглядит костюм отдельной губернии? В это время Европа открывает мир и первое отличие, которое бросается в глаза – это костюм,— рассказала Юлия Демиденко.

Кстати, в начале ХХ века жены крестьян, работавших на тульских фабриках и заводах, приезжали в город на свидание к мужьям. Острые на язык тулячки называли их поневницы. В городской среде это слово указывало на бедность и необразованность. Буквально «встречали по одежке». Народная одежда, была своеобразной визитной карточкой и давала практически полное представление о человеке. По ней можно было легко понять не только, какого он сословия и из каких краёв, но и семейный ли человек, и даже сколько у него детей.

Подробнее читайте на портале «Тульские бренды».