© ООО Региональные новости
В судебной практике признание контракта на госзакупки недействительным стало практикой с удручающей периодичностью. Регулярно рассматриваются дела, где попытки «сыграть» на бюрократических проволочках оборачиваются тяжёлыми последствиями -причём наибольший удар нередко получает одна из сторон. Первое и главное последствие - признание сделки недействительной, что влечёт возврат всего полученного по контракту и потерю обеими сторонами того, на что они рассчитывали при его заключении. Поставщик же зачастую становится жертвой односторонней реституции. И урон наносится всему - от кошелька до репутации.
На примерах из практики Арбитражного суда Тульской области покажем, как суды оценивают связь между нарушением процедуры и исполнением контракта и какие выводы стоит сделать бизнесу. О тонкостях процедуры, а также обоюдоострой ситуации с рисками для обеих сторон изданию рассказала юрист, руководитель банкротной практики ООО «Деметриос Консалт» Ксения Никитина.
«Нарушение требований законодательства о контрактной системе при заключении и исполнении государственного и муниципального контракта влечёт правовые последствия как для заказчика и исполнителя, так и для системы закупок в целом», - подчёркивает эксперт.
Первое и главное последствие, поясняет Ксения Никитина, - признание сделки недействительной, что порождает возврат сторонами контракта всего полученного по сделке и, соответственно, потерю двумя сторонами того, на что они рассчитывали при заключении контракта.
Для заказчика помимо реституции это может обернуться отсутствием оснований для оплаты по контракту и, как следствие, риском перечислений без правового основания.
«Данное обстоятельство может создать серьёзные проблемы при подтверждении целевого использования бюджетных средств и может быть расценено контрольными органами как нарушение», - отмечает юрист.
Заказчик также рискует понести убытки и дополнительные затраты — на работы по демонтажу, простой на объекте, проживание и питание сотрудников и прочее. Речь идёт и об административной ответственности: КоАП РФ предусматривает штрафы за нарушения в сфере закупок, возможна дисциплинарная ответственность ответственных лиц, а в особых случаях не исключена и уголовная. Дополнительно - репутационные риски: публичность судебных актов, общедоступная информация в сети «Интернет» в сфере закупок, внеплановые проверки деятельности заказчика.
Для исполнителя включение в работу по контракту с нарушениями - это прежде всего денежные и репутационные риски. При признании контракта ничтожным в отсутствие правового основания для оплаты суд может обязать вернуть деньги, даже если по факту обязательства выполнены. Включение в РНП (реестр недобросовестных поставщиков) такая же «ахиллесова пята» в контексте подобных контрактов.
«В таких случаях, чтобы избежать включения и по сути отстранения от участия в иных закупках — что означает невозможность осуществления дальнейшей хозяйственной деятельности — исполнителю нужно доказать свою добросовестность при допущенном нарушении», — объясняет эксперт.
В практике Арбитражного суда Тульской области подобные дела — не редкость.
Так администрация города Донской заключила с ООО «Ландшафтные решения» муниципальный контракт на ремонт дорог на 22,4 млн рублей без конкурентной процедуры по п. 9 ч. 1 ст. 93 Закона № 44-ФЗ (закупка у единственного поставщика — прим. ред). Прокуратура оспорила контракт как ничтожную сделку. Суд признал контракт недействительным и взыскал с подрядчика 9,7 млн рублей - то есть всё, что было уплачено по контракту.
Самое разрушительное последствие здесь в том, что двусторонняя реституция не применяется в полном объёме. По упомянутым выше правилам, при недействительности сделки полученное возвращает каждая сторона, - а здесь деньги обязан вернуть подрядчик. Суд сделал вывод: документы не подтверждают расходы именно по этому контракту, а уплаченные деньги - неосновательное обогащение подрядчика.
Заключение муниципального контракта в обход конкурентных процедур Закона № 44-ФЗ влечёт его ничтожность. Если подрядчик не докажет документально, что выполненные работы и затраты относятся именно к этому контракту, он не сможет удержать полученные средства - даже если работы по факту были выполнены. Реституция здесь односторонняя: деньги возвращаются заказчику, а бремя доказывания реальности и обоснованности своих затрат полностью лежит на подрядчике. Причём стандарт этого доказывания высок.
...
Прокуратура Тульской области добилась признания ничтожным муниципального контракта на выполнение дополнительных работ по ремонту улицы Гайдара в Бегичевском Богородицкого района. Контракт заключён между районной администрацией и ГУ «Тулаавтодор» на сумму порядка 3,5 млн рублей, - у единственного поставщика по основанию «авария, ЧС, непреодолимая сила» (п. 9 ч. 1 ст. 93 Закона № 44-ФЗ — прим. ред). Суд первой инстанции признал сделку ничтожной и взыскал с подрядчика 3,47 млн рублей. Апелляционный суд оставил решение без изменения.
Спорный контракт наложен на уже действующий договор мая 2024-го года, на ремонт тех же дорог на 8,3 млн рублей. Работы по основному контракту были выполнены, приняты и оплачены в октябре того же года. Подписание акта приемки объекта числится 1 ноября, экспертное заключение тогда констатировало отсутствие претензий.
Через неделю был заключён «дополнительный» контракт на 3,47 млн рублей. 13 ноября работы по нему, согласно документам, были приняты и оплачены.
Прокурор установил, что между составлением этих актов и подписанием контракта администрация заключила ещё три контракта (№ 23, 24, 25-ЕП/24) с более поздними порядковыми номерами. Лица, подписывавшие акты в начале октября, не могли не знать о будущих контрактах, - выходит, даты заведомо недостоверны, а вся приёмочная документация - фиктивна.
При этом заявленной чрезвычайной ситуации здесь нет. Протокол КЧС обосновывал срочность тем, что подстилающий слой выкрошен, укладка асфальта в один слой невозможна, дорога ведёт к школе. Суд же это обоснование отклонил: выявленные дефекты - не авария и не ЧС, а обычные строительные риски, возникающие в ходе ремонтных работ. Наличие сметы к спорному контракту подтверждает, что работы можно было бы запланировать и провести и через конкурентные процедуры.
«Тулаавтодор» в апелляции ссылался на то, что работы фактически выполнены и приняты, претензий по качеству нет, а инициатором была администрация. Суд ответил: уплаченные суммы - неосновательное обогащение. Аргумент «инициатором был заказчик» здесь может не сработать: профессиональный участник рынка, отмечают эксперты в нише, должен знать требования закона и не может извлекать выгоду из нарушения публичных процедур.
…
Администрация Новомосковска заключила с ИП Миллером контракт на поставку саженцев для «Пушкинского сквера» на 6 955 600 руб. без торгов - по тому же мнгострадальному основанию «чрезвычайная ситуация»: отсутствие ограждения сквера признали обстоятельством непреодолимой силы. Прокуратура оспорила сделку, суды признали контракт ничтожным и обязали предпринимателя вернуть всю сумму, несмотря на то, что саженцы высажены, и их «устранение» принесет лишь большие потери администрации.
Отсутствие ограждения не соответствует критериям ЧС по закону, - это, скорее, вопрос благоустройства. При этом отмечается, что конкурентная среда была: администрация запрашивала расценки у 5 поставщиков (диапазон цен, согласно документам, составил от 6,9 до 10,2 млн руб.), но выбрала прямую закупку у одного.
При этом суд счёл поставщика недобросовестным: он купил саженцы за порядка 3,5 млн руб., а продал администрации за почти 7 млн, почти вдвое дороже. То есть как профессиональный участник рынка он должен был понимать риски сделки.
…
Основанием для признания контракта ничтожным и подрыва репутации подрядчика могут стать подложные документы.
ГКУ «Центр организации закупок» Тульской области провёл открытый конкурс на охрану Чернского профессионально-педагогического колледжа. Начальная цена — 1,58 млн рублей, подано 4 заявки. Победителем стала ЧОО «Хранитель-Спас», обойдя конкурентов за счёт высшего балла по критерию «квалификация» (60% веса оценки). Для подтверждения опыта общество приложило договор на охранные услуги с ООО «Завидово Плаза» на сумму 464,75 млн рублей.
Договор оказался фиктивным. Прокуратура, УФАС и Росгвардия подтвердили: договор между «Хранителем-Спас» и «Завидово Плаза» никогда не заключался. ООО «Завидово Плаза» официально ответило, что никаких договоров с обществом не было. Росгвардия сообщила, что уведомления о начале и окончании охранных услуг по этому договору не поступали. УФАС признало документы подложными и мнимыми. По результатам проверки было возбуждено уголовное дело, а результаты конкурса признали недействительными. «Хранитель-Спас» обязали вернуть деньги, - оказанные услуги без соблюдения условий контракта права на оплату, по иронии, не породили.
Основной вывод для заказчиков здесь следующий: протокол КЧС сам по себе не «создаёт» ЧС — необходимы реальные факты с признаками внезапности и непредотвратимости. Износ инфраструктуры и дефекты, выявленные при плановом ремонте, как показывают упомянутые кейсы, сами по себе еще не чрезвычайная ситуация. Нельзя обойти и лимит изменения цены контракта (10%), заключив отдельный контракт на «дополнительные работы», подчеркивают специалисты. Заключение контракта на уже выполненные работы - прямое нарушение, а приёмочная документация с недостоверными датами лишь усиливает недобросовестность.
Подрядчикам же важно помнить: фактическое выполнение работ и отсутствие претензий по качеству не сохраняют право на оплату, если контракт признан ничтожным. Для сделок с нарушением Закона № 44-ФЗ действует специальное последствие: работы без надлежащего контракта не порождают права на оплату. Аргумент «инициатором был заказчик» не освобождает от ответственности - профессиональный участник рынка должен знать требования закона.
«Для системы контрактных закупок в целом массовое заключение контрактов с нарушением закона подрывает фундаментальные принципы прозрачности, открытости и конкуренции. Последовательное применение односторонней реституции служит сдерживающим фактором: оно исключает саму возможность извлечения выгоды из обхода закона. Также это приводит к судебным спорам и неэффективному расходованию бюджетных средств», — резюмирует Ксения Никитина.
«Для избежания вышеуказанных правовых последствий заказчикам и исполнителям контрактов рекомендуется тщательно проверять все требования к процедуре, а также разумно оценивать возможные риски неисполнения обязательств», — отмечает эксперт.
Выходит, что деньги можно потерять даже при видимо добросовестном исполнении. Это не спор о качестве, а вопрос легитимности контракта в целом. Для бизнеса это значит следующее: прохождение проверки на законность закупки важнее, чем довольство заказчика. Суд может не принять доводы о выполнении техзадания, поэтому комплаенс для бизнеса — не соблюдение формальности, а возможность обезопасить себя. Не снижает юридических рисков и социальная направленность проекта.
Глава государства отметил значимость предстоящей избирательной кампании, подчеркнув, что она проходит в условиях специальной военной операции.
Экономист Евгений Коган считает, что регулятор сохранит ставку на уровне 14%, так как снижение может ускорить инфляцию из-за роста кредитования. В случае уменьшения ставки на 0,25 п.п. возможен рост котировок акций и облигаций.
В результате инцидента с безэкипажными катерами повреждена инфраструктура пляжа и участок Приморской набережной, отменён концерт Татьяны Булановой.
