© ООО «Региональные новости»
Потребительские цены в июне выросли на 0,87% — более чем в 5 раз быстрее, чем в мае (0,17%). В пересчёте на год (с исключением сезонности) месячный прирост составил 10,6% против 2,0% месяцем ранее. Годовая инфляция подскочила до 6,02% с 5,31% в мае, вплотную приблизившись к верхней границе прогнозного диапазона.
Однако за этим резким ускорением стоят преимущественно разовые и временные факторы, а не разгон устойчивого инфляционного давления. Базовая инфляция (без учёта волатильных компонентов) в июне составила 4,3% в пересчёте на год (с.к.г.) — ровно столько же, сколько в мае. А средний показатель базовой инфляции за II квартал в целом сложился на уровне 4,2% — практически повторяя значения II–IV кварталов 2025 года.
Это значит, что жёсткая денежно-кредитная политика последних двух лет продолжает работать: устойчивая часть ценового давления остаётся вблизи целевого уровня 4%, несмотря на внешние шоки. Но именно эти шоки — топливный, овощной и тарифный — дали о себе знать в июне, и они требуют пристального внимания регулятора.
Ускорение общей инфляции на 8,6 процентных пункта (с 2,0 до 10,6% с.к.г.) обеспечено тремя основными группами:
Моторное топливо подорожало за месяц на 6,5% — прямой вклад в рост ИПЦ составил около 0,3 п.п. Причина — временные перебои с поставками на АЗС из-за внеплановых ремонтов НПЗ, наложившиеся на сезонный рост спроса. Это классический шок предложения, который ЦБ не должен напрямую "лечить" ставкой, но обязан отслеживать его вторичные эффекты через рост издержек и инфляционные ожидания.
Овощи и фрукты в июне подорожали на 4,19% (с.к.г.), полностью компенсировав аномально сильное снижение в апреле–мае (когда цены падали на 3–6% в пересчёте на год из-за раннего урожая). В итоге за II квартал в целом динамика плодоовощной группы оказалась вблизи среднеисторической, а к началу июля цены вернулись к сезонной норме.
Услуги связи выросли на 3,2% за месяц — последний раз столь существенное повышение тарифов (на 6,8%) было в ноябре 2024 года. В январе 2026 года операторы уже поднимали цены на 1,1% из-за роста НДС, а июньское повышение, видимо, отражает перенос накопившихся издержек.
Эти три компонента обеспечили положительный вклад в текущий прирост цен на уровне +0,53 п.п. после отрицательного вклада (-0,02 п.п.) в мае. Без их учёта ИПЦ рос бы всего 4,9% (с.к.г.) — что лишь немногим выше целевого уровня.
Показатели устойчивой инфляции в июне изменились разнонаправленно, но в целом их рост был гораздо скромнее, чем у общего ИПЦ.
Однако если исключить из базовой инфляции туристические услуги (которые в последние месяцы демонстрируют повышенную волатильность) и разовое повышение тарифов связи, то получаем показатель 4,3% с.к.г. — против 2,9% в мае. Это говорит о том, что даже "очищенная" инфляция чувствительна к отдельным шокам, но всё равно остаётся вблизи 4%.
При этом в июне наблюдалось замедление прироста цен на непродовольственные товары без нефтепродуктов (до 1,2% с.к.г. против 2,1% в мае). Это связано с укреплением рубля в апреле–мае: импортные товары (подержанные автомобили, электроника, бытовая техника, одежда, обувь) продолжали дешеветь. В частности, новые импортные автомобили, персональные компьютеры и трикотажные изделия показали снижение цен.
Напротив, услуги (медицинские, бытовые) сохраняют высокие темпы роста — они менее чувствительны к процентным ставкам, так как их потребление сложно отложить. Рост цен на них остаётся заметно выше товарного сегмента, что отражает сохраняющуюся напряжённость на рынке труда и высокий потребительский спрос.
В июне рубль ослаб к доллару на 0,7% и к юаню на 1,1%, но укрепился к евро на 0,9%. В целом за последние три месяца (средний курс июня к марту) рубль укрепился к доллару на 8,5%, к евро — на 8,8%, к юаню — на 7,0%. Годовое укрепление (июнь 2026 к июню 2025) составило 6,6% к доллару и 6,2% к евро.
Это укрепление уже отразилось на ценах: товары и услуги с высокой чувствительностью к курсу (электроника, авто, туризм) в июне дорожали всего на 2,1% (с.к.г.), тогда как низкочувствительные — на 14,6%. Во II квартале в среднем разрыв был ещё более разительным: 0,9% против 6,8%. Таким образом, дезинфляционный эффект от крепкого рубля в апреле–мае практически исчерпан, и в июне курсовая динамика перестала сдерживать цены.
За последние три месяца мировые цены в долларах снизились на нефть и зерно, но выросли на сталь, медь, древесину и растительные масла. В рублёвом эквиваленте (с учётом укрепления рубля) подорожала только сталь, остальные товары подешевели.
Однако ситуация на Ближнем Востоке (ограничения судоходства в Ормузском проливе) создаёт неопределённость: это может привести к росту цен на энергоносители и все импортируемые товары. Дезинфляционное влияние этого фактора на Россию уже проявилось через укрепление рубля за счёт роста экспортной выручки, но в дальнейшем баланс рисков может сместиться в проинфляционную сторону, если перебои затянутся.
В июне месячный прирост цен (с.к.) ускорился в 81 регионе из 85 (с суммарным весом 90% в ИПЦ). Годовая инфляция выросла в 83 регионах (98,7% веса). Разброс годовой инфляции по федеральным округам составил от +0,37 п.п. (Дальний Восток) до +1,52 п.п. (Северный Кавказ). Распределение региональных приростов стало менее плотным и сместилось вправо, что указывает на усиление инфляционного давления в большинстве субъектов.
По данным мониторинга предприятий Банка России, в июле предприятия повысили свои краткосрочные ожидания по росту отпускных цен до 12,9% в годовом выражении (против 9,2% в июне). Это сигнал о том, что бизнес закладывает в цены возросшие издержки, включая топливные и логистические.
При этом индекс цен производителей потребительских товаров (без овощей, фруктов, алкоголя, бензина и табака) за март–май ускорился до 2,9% (с.к.г.) против 2,3% в феврале–апреле — в основном за счёт непродовольственных товаров. Продовольственные производители пока держат цены под контролем.
Аналитики считают, что июньский всплеск инфляции — это разовые факторы, а не разгон устойчивой инфляции. Базовая инфляция остаётся вблизи 4%, а медианные оценки показывают даже более сдержанную динамику. Жёсткая денежно-кредитная политика продолжает работать, и дезинфляционные тенденции, сформировавшиеся во 2-м квартале, сохраняются.
Однако баланс рисков для ценовой стабильности смещается в сторону проинфляционных: высокий потребительский спрос, напряжённый рынок труда, возможные вторичные эффекты от топливного шока и неопределённость с бюджетным импульсом.
Банку России на заседании 24 июля предстоит оценить, насколько устойчивым окажется июньское ускорение и достаточно ли текущего уровня ставки для возвращения инфляции к 4% в среднесрочной перспективе.
Изменена схема реализации дизельного топлива: теперь ресурсы будут поставляться напрямую потребителям через нефтяные компании, а не через биржу. ФАС прорабатывает снижение норматива биржевых продаж до 10%.
Путин подчеркнул, что снижение ключевой ставки будет естественным процессом, соответствующим макроэкономическим показателям и стабильности экономики.
Документ предусматривает ряд задач для правительства, направленных на развитие цифровой экономики, поддержку бизнеса, реализацию инвестиционных проектов и совершенствование законодательства.
